Гамбит предателя  - Евгений Лакс

Через мгновение он открыл глаза, осознав, что до сих пор жив. Спиной к нему стояла Меланта. В ее плечо на пол-лезвия вонзился метательный нож. Юстициар вновь пропал из поля зрения.

– Ты цел? – спокойно поинтересовалась девушка.

В голове Децимуса творилось черт знает что, и переживания на время лишили его дара речи, потому он просто кивнул. Из тумана на мгновение возник юстициар, опять бросил нож, от которого Меланта просто уклонилась, и снова растворился.

– Хорошо. – Меланта как ни в чем не бывало вытащила из себя первый нож и подобрала валяющуюся неподалеку пиратскую саблю. – Он мне надоел, – и направилась за юстициаром, оставив Децимуса одного. Мощный поток воздуха оттолкнул его назад и привел в чувство, а также разогнал большую часть туманной дымки.

Теперь стали видны учиненные разрушения. Менее чем за минуту от самого богатого заведения Барратара остались лишь пара болтающихся на одном крючке картин и несколько гигантских люстр, угрожающе раскачивающихся после ветряного удара. Все столы перевернуты, большая часть утыкана болтами. Пол приобрел красный цвет, но скорее от разбитых бутылок с напитками, чем от пролитой крови. Четверо уцелевших стражников прячутся за балками, залитые вином и ромом с ног до головы. Из боковой каюты доносится звон клинков. Видимо, Меланта таки добралась до юстициара. Однако самая большая проблема теперь стояла в центре зала. Ветрогон вернулся в бой.

Победа в магической дуэли зависит от множества факторов. Для произношения заклинания требуются соответствующие мысли, слова, постановка рук, а бывают также и другие аспекты. Но чем чаще маг практикуется в конкретном заклятии, тем проще его использовать. Через пару лет практики пиромант спокойно может пулять огненными стрелами с пальцев, без лишних слов и жестов. Также победа будет зависеть от силы мага и запаса его энергии, а значит, магической выносливости. Разумеется, есть много других нюансов. Однако с какой стороны ни посмотри, Децимус понимал, что объективно шансов у него никаких. Три нашивки на рукавах противника означали третий круг силы, а Децимус технически не находился даже на первом. Окружающие, догадываясь, что сейчас произойдет, поспешили убежать подальше.

Завихрение сорвалось с рук волшебника в сером. Маленький торнадо устремился к Децимусу, набирая по ходу движения все большую силу. Тот попытался уйти с линии атаки, но сила притяжения рванула его назад. Юноша больно ударился об пол, пролетев пару метров, как тряпичная кукла. Рядом приземлялись раскиданные маленьким смерчем предметы мебели. Децимус собрался с силами и откатился в сторону. В место, где он только что лежал, ударил мощнейший «кулак ветра», вминающий доски и разбрасывающий все на своем пути.

Децимус вскрикнул. Лежавший на полу нож, поднятый вихрем, больно уколол бедро, а осколок разбитой посуды впился в плечо. Балансируя на грани панической атаки, он поймал за хвост одну идею, заставившую самокритично хлопнуть себя по лбу.

– Идиот, идиот, кретин!

Он резко встал и швырнул нож в ветрогона. Тот даже не стал отходить, видя, что оружие летит мимо, а продолжил плести заклинание, которое, видимо, должно было поставить точку в этом поединке. Нож пролетел в метре от волшебника, и тот победно улыбнулся, направил раскрытую ладонь к Децимусу, готовясь высвободить разрушительный ураган, как вдруг закричал и рухнул на колени. Пролетев мимо, нож, словно бумеранг, развернулся, призываемый телекинезом, и на обратном пути глубоко вошел в спину ветрогона. Он покачнулся, судорожно глотая ртом воздух, непонимающе водя безумными глазами. Осел на колени и упал замертво.

Нож сам собою вышел из раны и прилетел рукоятью прямо в руки Децимуса.

– И почему я раньше не додумался?..

Болт просвистел в метре над головой, и маг спрятался за ближайший стол. Откуда-то слева послышалось жалобное кряхтенье. Из дверного проема медленно выползал юстициар. Одна рука сломана, лицо в крови – жуткая и одновременно очень жалкая картина. Однако Меланта не дружила с милосердием. Она схватила его за ноги, тот зацепился за балку, как за спасательный канат, но девушка оказалась намного сильнее. Раскрутив мужчину, как ребенка, Мэл шмякнула его о стену так, что тот там и остался, внутри проломленной им дыры. Маг расхохотался, и это помогло снять малую долю стресса.

– Теперь ты довольна? – крикнул Децимус, отсмеявшись.

– Я не недовольна, – пояснила Мэл, отряхивая руки будто после выполнения грязной работы. В стол, за которым прятался маг, вонзился очередной болт, и девушка с клинком наголо напролом помчалась завершать битву. Из троих выживших арбалетчиков к выстрелу был готов лишь один. Он прицелился, но выстрела не прозвучало. Децимус сконцентрировался на арбалете, блокируя механизм. Меланта была в секунде ходьбы, стражник судорожно жал на спусковой крючок, но тот словно окаменел.

Фехтовальная грация, искусность, навыки – Меланте все это не требовалось, учитывая ее нечеловеческую мощь. Она занесла оружие для бокового удара наискосок, мужчина поднял арбалет для блока, но сабля опустилась с такой силой, что развалила пополам и арбалет, и его владельца. На мага бежал другой стражник, у которого, по-видимому, закончился боезапас. Децимус устремил взгляд в потолок, с целью послать богам ругательство, однако увиденное им заставило изменить намерение. Имперец уже подбежал вплотную и поднял меч, когда маг вытянул ладонь и дернул рукою вниз, словно срывал невидимое яблоко. Гигантская люстра сорвалась с потолка и насмерть придавила стражника. Меланта за это время успела разобраться с последним оставшимся.

– Ух… – выдохнул Децимус.

– Ух? – переспросила Мэл.

– Угу. Ух. Теперь нужно найти Нир… Дюпона с Каином.

– Да здесь я, здесь. – Нирас показался в одном из дверных проемов, ведущих в просторное помещение. Порезы на плече и ноге обильно кровоточили, он стоял, устало прислонившись к двери. – Что я пропустил?

– Где ты был?

Пару минут назад…

– О-о-о… морские черти! Это по твою душу, Дюпон?

– Я тебя умоляю! Моя столько не стоит.

Прозвучал хлопок, и болт пробил горло одного из арбалетчиков. Тут же прозвучал второй выстрел, и наконечник зазвенел, отскочив от доспеха Махариуса. В ответ щелкнули имперские арбалеты, и начался полнейший хаос. Нирас опрокинул стол, его собеседник успел перед этим прихватить стоящую там бутылку вина.

– Шальные волны! В приличном заведении, посреди бела дня…

– Здесь есть запасной выход?

– Угум… – промычала пиратка, допивая содержимое бутылки.

– Готовь корабль, я буду через несколько минут!

– Эй! Я тоже хоч… – Тело моряка, прошитое двумя болтами, рухнуло совсем рядом, заставив пиратку пересмотреть свои пожелания. – Ну ладно. Не задерживайся тут!

– Марго! Меч!

– Ни за что! У тебя же есть свой!

– Я… Твою же… Не время сейчас! – заорал Нирас.

– Проклятье! Попробуй только мне ее помять! – Она потянулась к ножнам, где покоилась изящная скьявона. На мгновение она засмотрелась на меч, словно прощалась с ним, но вонзившийся в стол за ее спиной очередной болт вырвал из созерцания.